Новый Год | The New Year's Eve Hostess

Глава Первая | Chapter One: Оливье (Olivier Salad)

Марианна Юрьевна готовила новогодний стол для тридцати гостей каждый год, и её оливье был легендой района.

Marianna Yuryevna prepared a New Year's table for thirty guests every year, and her Olivier salad was a neighborhood legend.

В свои сорок семь она была королевой праздника — её пышное тело в блестящем платье, её смех громче курантов.

At forty-seven, she was the queen of the celebration—her voluptuous body in a sparkling dress, her laughter louder than the chimes.

Шведский журналист Андерс приехал писать о русском Новом годе.

The Swedish journalist Anders came to write about Russian New Year.

"Новый год," Марианна сказала, наливая шампанское под бой курантов, "это когда всё возможно. Желание, загаданное в полночь, сбывается."

"New Year," Marianna said, pouring champagne as the chimes struck, "is when everything is possible. A wish made at midnight comes true."

Она прижалась к нему в толпе гостей.

She pressed against him in the crowd of guests.

"Загадай желание," она прошептала. "И я исполню его до утра."

"Make a wish," she whispered. "And I will fulfill it before morning."

Свадьба | The Wedding Tamada

Глава Первая | Chapter One: Горько! (Bitter!)

Лидия Фёдоровна была тамадой на свадьбах уже двадцать лет, и ни один праздник не обходился без её шуток и тостов.

Lidiya Fyodorovna had been a tamada at weddings for twenty years, and no celebration was complete without her jokes and toasts.

В сорок восемь лет она знала секрет счастливого брака — или, по крайней мере, счастливой свадьбы. Её пышное тело двигалось между столами как хозяйка бала.

At forty-eight, she knew the secret of a happy marriage—or at least a happy wedding. Her voluptuous body moved between tables like the hostess of a ball.

Итальянский организатор праздников Лука изучал русские традиции.

The Italian event planner Luca studied Russian traditions.

"Горько!" Лидия крикнула, и молодожёны поцеловались. "Видишь? Русская свадьба — это про любовь. Громкую, публичную, без стеснения."

"Bitter!" Lidiya shouted, and the newlyweds kissed. "See? A Russian wedding is about love. Loud, public, without embarrassment."

После полуночи она нашла его у барной стойки.

After midnight, she found him at the bar.

"Теперь," она сказала, беря его за руку, "я покажу тебе, что делает тамада после работы."

"Now," she said, taking his hand, "I will show you what a tamada does after work."

Крестины | The Godmother's Blessing

Глава Первая | Chapter One: Купель (The Font)

Серафима Николаевна была крёстной матерью для половины детей в своей деревне, и её благословение ценилось выше любого подарка.

Serafima Nikolaevna was godmother to half the children in her village, and her blessing was valued above any gift.

В свои сорок девять она несла традиции с достоинством, её пышное тело олицетворяя материнское тепло.

At forty-nine, she carried traditions with dignity, her voluptuous body embodying maternal warmth.

Греческий священник Андреас приехал изучать русское православие.

The Greek priest Andreas came to study Russian Orthodoxy.

"Крёстная мать," Серафима объяснила после службы, "это вторая мать. Она отвечает за душу ребёнка перед Богом."

"A godmother," Serafima explained after the service, "is a second mother. She answers for the child's soul before God."

Она пригласила его на чай в свой дом.

She invited him to her house for tea.

"Но я никогда не была матерью," она прошептала, закрывая дверь. "И иногда... хочется быть просто женщиной."

"But I was never a mother," she whispered, closing the door. "And sometimes... I want to be just a woman."

Юбилей | The Anniversary Celebration

Глава Первая | Chapter One: Пятьдесят Лет (Fifty Years)

Клара Самсоновна отмечала пятидесятилетие своего ресторана, и весь город был приглашён.

Klara Samsonovna celebrated the fiftieth anniversary of her restaurant, and the whole city was invited.

В свои сорок семь она начала этот бизнес ещё ребёнком, помогая матери. Теперь её пышное тело восседало во главе стола как хозяйка.

At forty-seven, she had started this business as a child, helping her mother. Now her voluptuous body presided at the head of the table like a hostess.

Австралийский ресторатор Джек приехал учиться секретам долголетия бизнеса.

The Australian restaurateur Jack came to learn the secrets of business longevity.

"Пятьдесят лет," Клара сказала, поднимая бокал, "это не про еду. Это про любовь. Каждого гостя я люблю как родного."

"Fifty years," Klara said, raising her glass, "is not about food. It is about love. I love each guest like family."

После ухода последнего гостя она заперла двери.

After the last guest left, she locked the doors.

"Теперь," она улыбнулась, "покажу тебе VIP-меню. Его нет в карте."

"Now," she smiled, "I will show you the VIP menu. It's not on the list."

Проводы | The Farewell Party

Глава Первая | Chapter One: На Дорожку (One for the Road)

Анфиса Дмитриевна устраивала проводы так, что уезжающие плакали от тоски ещё не уехав.

Anfisa Dmitrievna organized farewell parties so well that those leaving cried with longing before they even left.

В свои сорок восемь она превратила прощание в искусство — пироги на дорожку, слёзы, объятия, и обещания вернуться.

At forty-eight, she had turned farewells into art—pies for the road, tears, embraces, and promises to return.

Американский дипломат Роберт заканчивал свою командировку в Москве.

The American diplomat Robert was ending his posting in Moscow.

"По русской традиции," Анфиса сказала, наливая последнюю рюмку, "перед дорогой нужно присесть и помолчать. И выпить на дорожку."

"By Russian tradition," Anfisa said, pouring the last glass, "before a journey, you must sit down and be silent. And drink one for the road."

Она села рядом, её бедро касаясь его.

She sat beside him, her thigh touching his.

"Но есть ещё одна традиция," она прошептала. "Чтобы вернуться — нужно оставить здесь часть себя. Позволь помочь."

"But there is another tradition," she whispered. "To return—you must leave part of yourself here. Let me help."